Михаил Терещенко: «Будем открывать сезон в Хотине»

7 июня 2013 г.

В этом году на «Средневековом Хотине» было много гостей из ближнего зарубежья. Но сегодня мы поговорим о молдаванах, одном дружном и активном клубе, который работает в городе Кишиневе, и представители которого очень хорошо показали себя на фестивале в этом году.

Руководитель клуба Ensifer Михаил Терещенко, который в этом году не только подготовил и привез группу реконструкторов от своего клуба, но и судил пешие бои, рассказал немного о своей работе и своих впечатлениях. Михаил и судья, и боец, и преподаватель, который охотно делится опытом и знаниями с теми, кто хотел бы этого. Беседа с ним получилась интересной и содержательной, поэтому мы никак не могли не поделиться ею с вами.

- Как давно вы занимаетесь исторической реконструкцией? Что больше всего привлекает вас в движении?

- Давно! Вообще если считать реконструкцией все, что связано со средневековьем хоть как-то — то с детства. С того времени, когда еще во дворе с мальчишками делал деревянные мечи и картонные шлемы. Но это, конечно, шутка, а серьезно увлекаюсь с 2005 года. Знакомство с этим занятием у меня произошло случайно. Возвращаясь с работы, пересекся во дворе со своим соседом и увидел у него меч. Как потом оказалось, парень направлялся на тренировку. Я заинтересовался, посетил несколько тренировок — и сам не заметил, как втянулся. Мне даже сложно сказать, что больше всего привлекает меня в исторической реконструкции. Она ведь у меня стала уже не просто хобби, а делом жизни. Если хорошо подумать, то получается, как ни крути, что больше всего мне нравится в реконструкции живое общение с людьми.  То, что я постоянно сталкиваюсь с другими мнениями и взглядами на историю, могу обсудить то, что меня интересует. Нравится изучать  историю таким образом.  Понимаете, это очень захватывает — когда прикасаешься к истории не только посредством книг и интернета, а оживляешь ее на время фестиваля. Вживаешься в ту эпоху.  А ведь история — это наука, мобильная в новых толкованиях, интерпретациях и открытиях. Это не такая точная наука, как математика, где уже все понятно и все расписано. Там только успевай следить за новшествами. Постоянное узнавание нового происходит не только в теории. Взять даже прикладное направление реконструкции — то же фехтование или стрельбу из лука. Там происходит постоянное общение с представителями разных школ, стилей, направлений. Это всегда дает толчок для совершенствования своей техники, пересмотра своей школы или системы преподавания и изучения. Это выходит такой круговорот знаний в природе, который никогда не останавливается. И это мне тоже очень нравится: мое увлечение не однобоко.

- Вы очень активно занимаетесь спортом, да еще и казачий есаул — сложно ли совмещать все это?

-  Это и времени занимает много, и нервов. Само собой. Но все зависит от человека, как себя поставишь в эту нишу. Причем человек не по себе определяет, справляется ли он, не по своим ощущениям. При живом общении понимание результата складывается из того, как люди относятся к твоей деятельности. Правильно ли ведешь политику и распределяешь силы, неправильно, что так, что не так. Главное, конечно, в жизни с такой нагрузкой — чтобы она нравилась тебе самому.

- А не хочется отдохнуть время от времени?

-  Да постоянно есть моменты, когда хочется разгрузиться, расслабиться. Мысли об отдыхе приходят по мере того, как растут нагрузки. Организм не всесильный все-таки. Но, кстати, больше всего я расслабляюсь на фестивалях. И это несмотря на то, что в моем случае нереально снять с себя ответственность на это время. Там со мной команда, надо за всех и все отвечать, материальная ответственность опять же, да и через границу едем, что добавляет хлопот. Плюс чаще всего я участвую в судейской коллегии и сам соревнуюсь.  Раньше принимал участие в боях, сейчас стреляю из лука. Но все равно внутренний настрой таков, что для меня это отдых. Психологически самое большое напряжение идет перед выездом, недели за полторы до старта  я чувствую, что устал от организации. А когда все уже сделано, приезжаешь, переодеваешься, вживаешься в атмосферу — и все, как будто полегчало. И там уже все идет по накатанной. И деятельность как таковая, и ребята сами ведут себя адекватно. То есть это клубный отдых такой, только мы еще и выступаем.

- Чем вы занимаетесь в обычной жизни?

- Я преподаватель и гравер. Преподаю фехтование и физкультуру в лицее, до сих пор этим занимаюсь. Москва не сразу строилась, так что общественная нагрузка росла постепенно и сама по себе. Чем больше клуб, чем больше членов клуба, тем больше общественная нагрузка.

- А как близкие относятся к вашим увлечениям?

- Сначала близкие крутили пальцем у виска, потом поняли, что это не поможет все равно. Это еще с прошлого века пошло у меня. Я в восьмидесятых годах активно занимался спортивным фехтованием. И два года из своего стажа в фехтовании  я был капитаном юниорской молдавской сборной по фехтованию на рапирах. И понятное дело, что мы там тренировались много, уставали, но и возраст был 14-16 лет, это время, когда романтика зашкаливает, так что нам было мало просто спорта.  А так как фехтование относится к системе единоборств, мы во внеурочное время чего только сами не творили. Особенно после фильмов про Айвенго или Александра Невского, время от времени пытались почувствовать себя не мушкетерами, а рыцарями. Так что одно плавно перетекло в другое. Можно сказать, что характер увлечения был предопределен.

- А одноклубники помогают? Можете ли вы делегировать какую-то работу товарищам?

- Деятельность в клубе — большой труд. Помимо финансовых и физических затрат на тот же транспорт для проезда по городу, там еще и высокая моральная нагрузка. Приходится общаться с представителями бизнеса, власти, общественных организаций. Так что реконструкция у меня давно стала образом жизни. Пять лет официальному статусу нашего клуба, и пять лет я бессменный лидер — это и приятно, и тяжеловато.  И конечно, мне помогают все, кто состоит в клубе. У нас сейчас подобралась хорошая команда, и мелкими группами народ к нам прибывает, горит желанием участвовать, так что помогают, конечно. У нас есть и мастера по работе с кожей, дипломированные причем, понятно же, что реконструкция без кожи невозможна. Есть у нас свой кузнец, который работает с оружием. Девочки у нас стараются своими руками одежду шить, на выездах готовят блюда по средневековым рецептам. Гончары есть, тоже дипломированные, которые состоят в Союзе художников республики. То есть посуда у нас высшего качества. Развиваемся, в общем, и все вносят свой вклад.

-  Насколько сложно было найти единомышленников? Трудно ли было собрать людей, готовых выехать на фестиваль за границу?

- Не сложно. В данном случае совсем не сложно, и объясню, почему.  В Молдове много красивых мест, но у нас очень, мягко говоря, неправильно поставлена туристическая политика. Она только развивается, в пределах страны пока скучновато. Так что если хочешь интересных мероприятий — надо ездить. А кроме того, я правильно настраиваю людей. Это происходит само собой — в процессе общения с нашими же ребятами из клуба, после тренировок или в неурочное время, долгими вечерами, как писали русские классики — встречаемся, общаемся, и я рассказываю, как здорово куда-то поехать, какая крепость нас ждет, в общем, все дело в общении, в том, чтобы заинтересовать. Это вербальная реклама мероприятия. Тем более сейчас есть интернет, и человек, помимо того, что слушает, может пойти фото посмотреть, сопоставить отзывы других людей с информацией, которую даю я. И что касается Хотина, то никаких проблем с набором желающих не было. Команда уже собралась в середине февраля, было четко определено количество участников, состав костяка команды, и в последние полтора месяца все с нетерпением ждали выезда. Томились ребята, считали дни, как в армии до дембеля. Отрывали листики календарей — сколько там еще дней осталось.

Продолжение интервью читайте в следующую пятницу.